Интервью Посла России в ФРГ В.М.Гринина газете «Известия»

Посол России в Германии Владимир Гринин в беседе с корреспондентом «Известий» рассказал о развитии двусторонних отношений, неоднозначном отношении немецкого политического истеблишмента к военным учениям в Восточной Европе и активизации правых сил в Евросоюзе.

— Владимир Михайлович, вы стали послом России в Германии в 2010 году, то есть  еще до украинского кризиса. Как за это время менялись российско-немецкие отношения?

— В определенной мере я пережил пик наших отношений с Германией. Еще несколько лет назад с обеих сторон активно предпринимались практические шаги в целях развития стратегического партнерства для модернизации. К сожалению, этот проект сейчас заморожен. С началом украинского кризиса наши отношения претерпели очень существенный спад, особенно в политической сфере. Прекратилось общение по линии правительств — до этого у нас были межправительственные консультации, действовали две стратегические группы высокого уровня: по вопросам безопасности и по вопросам финансов и экономики. Первая не действует до сих пор, и мне очень жаль, ведь эта группа охватывала практически весь спектр международной проблематики. В рамках ее работы мы могли достигать с немцами определенного взаимопонимания. Причем, надо сказать, в 60–70% случаев по тем проблемам, которые мы обсуждали, позиции у нас совпадали.

Несколько лучше обстоят дела в сфере экономического сотрудничества. Здесь мы пытаемся при всех известных сложностях двигаться вперед, и уже есть кое-какой прогресс. 24 июня состоялось первое за почти два года заседание стратегической группы по финансам и экономике. Сейчас уже ведутся переговоры о возрождении подгруппы по финансам, а также одновременно поставлен вопрос о насыщении этого блока дополнительными подгруппами, в частности, по фармацевтике.

Должен подчеркнуть, что у нас не прекращается, а даже наращивается общение между субъектами Российской Федерации и ФРГ. Осуществляются взаимные визиты, недавно у нас побывали представители целого ряда земель Германии.

Также продолжаем поддерживать связи в культурной, научно-технологической сферах. Особенно активно развивается партнерство в области технологий. Так, в следующем году ожидается открытие весьма значимого международного проекта Laser XFEL (Европейский рентгеновский лазер на свободных электронах, крупнейший в мире аппарат, предназначенный для наблюдения за ходом химических реакций. — «Известия»), который строится в Гамбурге. Основные доли в проекте принадлежат Германии (58%) и России (27%). Для сравнения: участие других государств составляет примерно 1–2%. То есть мы основные партнеры немцев в реализации этого проекта.

— Как в Германии относятся к продлению антироссийских санкций на полгода? Что говорят представители бизнеса?

— Бизнес в Германии — это та сила, которая настроена на продолжение и развитие сотрудничества с Россией, это те люди, которым чуждо происходящее и которые возражают против попыток наши отношения, как принято говорить у немцев, «положить на лед». Наоборот, они хотят развития, возможностей усилить свое присутствие на российском рынке. Деловые люди, конечно, огорчены резким спадом торгово-экономических показателей, у нас ведь в 2012 году был рекорд по товарообороту, он достигал €80 млрд. Сейчас показатель упал почти вдвое и продолжает сокращаться. Мы надеемся, что удастся затормозить этот спад. К счастью, количество германских предприятий и предпринимателей, которые задействованы на российском рынке, почти не сократилось и составляет около 6 тыс.

Сегодня немецкие предприниматели всё чаще говорят о локализации производства. Причем у них на это несколько причин: ведь это не просто освоение российского рынка, но также и возможность развития производства товаров на экспорт в третьи страны, поскольку сейчас в связи с колебанием валютных курсов выгодно у нас и производить, и экспортировать. Для России это очень интересный и благоприятный момент, так как речь идет главным образом о развитии сегмента малого и среднего предпринимательства, культура которого у нас в значительной мере утрачена. А, как известно, германское малое и среднее предпринимательство является в мире самым передовым и уважаемым, это величайшее достижение германской экономики. Подчеркну, что немцы крайне заинтересованы в этом.

— А можете назвать конкретные предприятия?

— Например, фирма «Кнауф», производящая строительные материалы. Компания «Клаас», занимающаяся производством сельскохозяйственных машин. Она стала первой германской фирмой, подписавшей недавно специальный инвестиционный контракт, который фактически приравнивает ее к российскому предприятию. В Германии это вызвало большой интерес. Многие хотели бы получить подобную возможность для локализации масштабного производства.

— А каково отношение в политической среде к ограничительным мерам против России?

— Наблюдается некоторое расхождение во взглядах. Скажем, в рядах СДПГ наметилось течение, которое выступает за постепенное сокращение этих санкций. В пользу этого высказывался лидер партии Зигмар Габриэль, он же вице-канцлер и министр экономики. О том, что постепенное упразднение санкций было бы очень полезным, говорил и министр иностранных дел Франк-Вальтер Штайнмайер.

В любом случае социал-демократы выступают за то, чтобы отношения с Россией развивались. Вообще строительство миропорядка, по их мнению, возможно только с Россией, а не против нее. Это фактически стало их лозунгом. Но старшие партнеры по правящей коалиции (ХДС/ХСС) к этому относятся более сдержанно, хотя и там время от времени звучат мнения, что пора подумать о поэтапном сокращении ограничительных мер. В принципе и в среде христианских демократов говорят о том, что мир должен быть обеспечен только вместе с Россией.

— Как в Германии реагируют на размещение ПРО в Восточной Европе? И есть ли понимание, что ее дислокация прямо угрожает России?

— Глава МИДа Франк-Вальтер Штайнмайер весьма критично высказался о маневрах «Анаконда» в Польше. Вообще ряд шагов со стороны НАТО имеет откровенно провокационный характер. Хотя натовцы всячески оговариваются, что никого не провоцируют, а пытаются защищаться. Но, извините, дислокация ПРО в Польше и Румынии — это просто вызывающее поведение. Несомненно, без адекватного ответа со стороны России оно не останется.

— На фоне миграционного и экономического кризиса во многих странах Евросоюза, в том числе в Германии, активизировались правые силы, более того — они получают значительную поддержку населения, как, например, партия «Альтернатива для Германии» (АдГ). Насколько устойчивы подобные тенденции?

— Это обычное явление. Время от времени, когда какие-то партии, находясь у власти, совершают действия, которые не нравятся населению, они несут затем соответствующие потери. Это наблюдается сейчас в Германии. Очевидно, это вызвано проблемой беженцев. Популярность ХДС/ХСС и СДПГ резко упала. И на этом фоне неудивительна активизация правых сил, в рядах которых находится, кстати, много бывших христианских демократов.

Дальше многое будет зависеть от того, как их воспримет население и как они расставят политические акценты. Скажем, есть пример немецких «зеленых», которые возникли в 1970-е годы на волне протестов против роста ядерной опасности в Европе, в том числе военной. Они появились со своими требованиями и превратились в устойчивую политическую силу.

Сейчас, используя главным образом медийный мейнстрим, правых политиков в ФРГ всячески поносят, обвиняя их в популизме. Заодно на них постоянно пытаются бросить тень, утверждая, что за спиной этих политиков стоит Россия и их использует. Разумеется, это всё бредни, это тактика поведения господствующего мейнстрима и определенных политических сил.

— Как, на ваш взгляд, выход Великобритании изменит структуру Евросоюза и какое положение займет Германия?

— Ведущие немецкие политики подчеркивают, что необходимо менять структуру Евросоюза. Собственно, как представляется, всё это возникло из-за борьбы двух течений в рамках ЕС. Одни, по сути, пытались создать государство, а другие настаивали и до сих пор считают, что должно быть некое объединение, где есть общие ценности, общие представления о жизни, единое пространство в сфере экономики, гуманитарной сфере. Но всё это останется на уровне взаимодействия, сообщества, где права и значимость отдельного государства сохраняются. На этой почве и возникли противоречия с «государственниками». Фактически же уровень сообщества был превзойден, и это признают ведущие политики, в том числе в Германии. Сейчас многие требуют исправления сложившейся ситуации. Что будет дальше, покажет время.

Источник: «Известия»

Комментарии ()