Выступление Посла России В.М.Гринина на встрече с представителями Торгово-промышленной палаты Нижней Саксонии, Ганновер, 3 апреля 2013 г.

Благодарю за возможность выступить перед столь представительным кругом делового сообщества Нижней Саксонии и изложить свои взгляды на перспективы российско-германского экономического сотрудничества.

Сегодня я решил, однако, не углубляться в сугубо экономические детали, цифры и прочее, а постараться сформулировать свое видение будущего нашего экономического взаимодействия, разбирая его неэкономические, скажем, сопутствующие аспекты. Начать хотел бы с политики.

Едва ли погрешу против истины, если скажу, что в политическом плане наши двусторонние экономические связи пользуются исключительной заботой и вниманием, в первую очередь, со стороны руководства обоих стран. Через несколько дней Канцлер А.Меркель будет приветствовать здесь на Ганноверской ярмарке Президента России В.Путина в качестве главы основной страны-партнера этой выставки.

И это не просто случайный выбор. К избранию в качестве таковой, конечно, имел отношение тот факт, что сейчас проходят Год Германии в России и России в Германии.

Но главное в том, что мы скрепили себя узами стратегического взаимодействия.

И это было совместное осознанное политическое решение. Как раз здесь же в Ганновере летом 2011 г. в ходе межправительственных консультаций было заключено «Партнерство для модернизации», стержнем которого стало экономическое сотрудничество, направленное за взаимное инновационное совершенствование. Цель – объединение и модернизация экономических потенциалов в интересах обеспечения конкурентоспособности национальных экономик и их большей устойчивости в условиях современных общих для нас вызовов.

На заседании МПК в Москве в ноябре прошлого года задачи «Партнерства для модернизации» было переподтверждено и расширено за счет новых задач с более широким охватом таких сфер как гуманитарные обмены, гражданское общество, правовое государство и т.д.

Ныне ведется подготовка к подписанию нового совместного заявления на этот счет. Обновлен и главный, экономический блок. Так, продолжается согласование нового списка т.н. проектов-маяков (прежний, от 2011 г. уже выполнен). В него, в частности, войдут такие проекты, как строительство в Калужской области завода по производству автокомпонентов германского концерна «Континенталь», завода по производству специальной химии германской компании «Ланксесс» в Липецкой области, а также открытие новых производств компаний «Бош» и «Шеффлер» в Самарской и Ульяновской областях.

Однако, наиболее существенное обновление экономической составляющей новой программы модернизации партнерства выражается, на мой взгляд, в введении в нее целеустановки на углубленное сотрудничество в интересах становления малого и среднего предпринимательства в России. Это очень существенно и важно и, как мне представляется, будет в значительной мере определять характер нашего сотрудничества в экономической сфере на будущее.

Хотел бы упомянуть еще один существенный политический фрагмент, имеющий самое прямое отношение к теме нашего сегодняшнего разговора. 12 февраля 2013 г. Президент Путин утвердил новую внешнеполитическую концепцию РФ.

Речь идет о документе, определяющем новые пути развития российской внешней политики с учетом возросшей ответственности нашей страны в рамках международной повестки дня и основ международной системы. При этом фундаментальные его принципы не изменились: открытость, предсказуемость, прагматизм, соблюдение и защита национальных интересов при недопущении конфронтации.

Не буду подробно останавливаться на этом документе. Процитирую лишь несколько содержащихся в нем положений:

  • — Россия намерена активно содействовать формированию справедливой и демократической глобальной торгово-экономической и валютно-финансовой архитектуры;
  • — Россия выступает за согласование с Европейским союзом нового Договора о стратегическом партнерстве;
  • — Россия способствует созданию Единого экономического и человеческого пространства от Атлантики до Тихого океана;
  • — Россия придает большое значение развитию взаимовыгодных двусторонних связей с Германией, – ФРГ возглавляет список – Францией, Италией, Нидерландами и другими европейскими странами.
  • — Россия исходит из важности стратегической общности со всеми государствами евразийского пространства, в частности, со странами-членами НАТО, в вопросах достижения и сохранения мира и стабильности, противодействия общим угрозам безопасности, – международный терроризм, распространение оружия массового уничтожения, морское пиратство, наркотрафик и техногенные катастрофы.

Таким образом, если брать основополагающие политические установки, как я попытался изложить их выше, т.е. фундаментальное политическое обрамление настоящего и будущего наших экономических связей, то оно выглядит просто великолепным.

В общем-то, соответствуют и конкретные результаты. Назову хотя бы одну цифру – в прошлом году наш товарооборот вновь вышел на рекордную отметку – 80,5 млрд Евро, и индикаторы указывают на вероятность сохранения поступательной тенденции.

Но есть и проблемы. И не мало. Все, конечно, перечислять не буду, упомяну лишь те, которые заметно влияют на наши экономические отношения.

Как известно, наиболее весомой сферой нашего сотрудничества является топливно-энергетическая. Все мы радовались открытию в прошлом году второй ветки газопровода „Nord Stream“. В результате по этому газопроводу сейчас может перекачиваться в Западную Европу 55 млрд. куб. м. газа. Но радость омрачена, по крайней мере, на российской стороне. На наземные обновления этого газопровода, проходящие, кстати, по территории Германии «OPAL» и «NEL», распространено действие 3-го энергопакета ЕС, причем задним числом. В результате собственной трубой «OPAL» мы можем распоряжаться только на 50%, а «NEL» полностью находится под режимом регулируемых тарифов и доступа третьих лиц. Иначе говоря, мы не можем гарантировать в полном объеме наших обязательств по поставкам газа.

Другой пример. Я уже поминал о настойчивом желании России заключить новое базовое соглашение с ЕС, отмеченное даже в нашем концептуальном стратегическом документе. И не случайно – переговоры идут уже 5 лет (с июля 2008 г.), а просвета по-прежнему не видно.

Не принесли подвижек и последние консультации Правительства РФ – Комиссия ЕС, состоявшиеся 21-22 марта в Москве. ЕС продолжает, помимо прочего, настаивать на включении в это соглашение таких условий, которые превосходили бы рамки обязательств, накладываемых на Россию в результате ее недавнего вступления в ВТО. К сожалению, наши доводы о том, что эти дополнительные требования нашей экономике не по силам, что мы не можем пока все обязательства перед ВТО выполнять в полном объеме (переходный период продлится до 7 лет; временные исключения сводятся к таким вопросам, как ценообразование, особые экономические зоны, техническое регулирование, сельское хозяйство и т.д.), по-прежнему не находят понимания.

Еще один пример. Одной из первоочередных политико-экономических задач России на сегодняшний день является создание Евразийского Экономического Союза, чем мы занимаемся ныне с Белоруссией и Казахстаном и куда приглашаем всех других желающих из числа бывших республик Советского Союза. Именно приглашаем и никого не загоняем, как иногда пытаются представить дело некоторые наблюдатели. Пока три будущие страны-участницы объединены Таможенным Союзом и Единым экономическим пространством. Сам этот Союз задуман как объединение, в чем-то копирующее ЕС. Базовым элементом экономических взаимоотношений внутри Евразийского Союза являются правила ВТО.

Мы считаем, что данное объединение является благом для ЕС. Оно позволяет существенно улучшить условия для торгово-экономической деятельности ЕС на восток от своих границ и расширить такие возможности в случае расширения ЕЭС. На перспективу оно может облегчить реализацию российского предложения о формировании единого экономического пространства от Атлантики до Тихого океана, если, конечно, до этого когда-то дойдет дело.

Однако, и здесь все далеко не так просто. В западных политологических кругах (и не только!) данный проект встречен критически вплоть до отторжения. Запущена версия, будто Москва пытается возродить СССР (кстати, идея принадлежит Назарбаеву), загоняет туда своих соседей, которые сопротивляются и т.д.

Я не буду комментировать эти взгляды. Скажу лишь, что они не имеют ничего общего с действительными намерениями России и других стран, которые заинтересованы только в одном – обеспечении лучших условий для экономической кооперации и развития своих экономик. Что касается ЕС, то хотя на официальном уровне радикализма в суждениях мы не замечаем, тем не менее, отношение к этому проекту сдержанное.

Правда, появлялись признаки готовности обсуждать эту тему. Но вот что огорчает, так это последовательные и, в общем-то, нескрываемые усилия, направленные на то, чтобы не допустить в Евразийский союз Украину, ставя при этом ее перед следующим выбором: «либо (соглашение об ассоциации с Евросоюзом) – либо (объятия России). Усилия небезуспешные – украинцев подвели к своего рода «геополитическому раздвоению».

Нужно ли нам это в Европе? Нужно ли это нашему экономическому сотрудничеству?

Перейдем к теме доверие.

На мой взгляд, влияние такого явления, как доверие, на экономический процесс очень велико.

Скажем, газопровод «Нордстрим» можно воспринимать и как улучшение снабжения Западной Европы важнейшими энергосырьем, и как усиление зависимости Западной Европы от России. Кстати эти оценки не я придумал. Это я слышал в прошлом году на энергетической конференции, организованной ХДС в бундестаге. Добавлю лишь, что всё в этих оценках, уверен, зависит от степени доверия.

Доверие это очень сложная категория, если ее проецировать на экономический процесс. И очень многоликая. Определить, как конкретно вырабатывается это доверие, влияющее на экономическое сотрудничество между государствами, и в чем это проявляется или должно проявляться, крайне сложно. Но нам мажет кое-что подсказать опыт, в том числе исторический.

Если сравнить, например, отношение немцев в Западной Германии в 70-е годы к русским и русских к западным немцами в этот период с сегодняшней ситуацией (я так понимаю далеко не все в этом зале это могут сделать), то разница, мягко говоря, окажется разительной. Тогда мы воспринимали друг друга все еще, скажем мягко, как противники. Сегодня мы называем друг друга партерами и даже иногда стратегическими партнерами. Чувствуем мы это до конца или нет – это иной вопрос, который скорее относится к теме психологии.

Я не буду подробно описывать этот процесс вызревания взаимного доверия, без которого, разумеется, невозможно было бы достичь ныне существующего уровня экономического сотрудничества. Скажу лишь, что огромную роль сыграла здесь и «восточная политика» В.Брандта, и объединение Германии, которое едва ли состоялось бы, если бы не соответствующая позиции Советского Союза, и последующая политики примирения, выразившаяся в гигантских, хотя может быть и не всем заметных усилиях его обустройству и уходу за военными захоронениями, возврату вывезенных во время воны произведений искусства и прочих подобных примирительных акциях. Кстати, бизнес очень тонко прочувствовал значение этих акций и принял и принимает до сих пор в них активное участие. Вспомнить хотя бы участие концерна «Рургаз» в восстановлении т.н. янтарной комнаты. Или взнос концерна «Фольксваген» в фонд по поиску в Германии российских художественных ценностей, перемещенных во время войны.

Есть и более прикладные проявления усилий по созданию доверия в целях повышения предпринимательской активности. Это то, чем занимается сейчас российское правительство, стараясь создать более привлекательную среду для иностранных инвестиций, предпринимательской деятельности в целом. Причем упор делается при этом на российские регионы и на устранение известных российских болячек, таких как коррупция, слабость судебной системы, неразвитость правового регламентирования и т.д. Создание качественно новой инвестиционной и предпринимательской сферы, т.е. новой предпринимательской культуры. Все это очень непростые вещи, которые невозможно разрешить наскоком. Но главное, что проблемы эти осознаны и над их решением работают.

Намерены укрепить наши позиции в рейтинге Всемирного банка «Ведение бизнеса» (сейчас мы занимаем 112 место), а также в скором времени стать членом ОЭСР. В этих целях планируется до середины 2013 г. разработать 20 т.н. «дорожных карт» по наиболее актуальным для бизнеса вопросам. При этом поставлена цель, сократить количество, срок и расходы таких регулятивных мер, как упрощение процедур получения разрешения на строительство, повышение доступности энергетической инфраструктуры, совершенствование таможенного администрирования, поддержка доступа на рынки зарубежных стран, улучшение предпринимательского климата, упрощение процедуры регистрации предприятий, расширение доступа к закупкам инфраструктурных монополий компаний с государственным участием, оптимизация процедур регистрации собственности.

Таким образом, мы собираемся внедрить в наших регионах единые обязательные стандарты деятельности органов исполнительной власти для обеспечения благоприятного инвестиционного климата в регионе. В рамках этих мер в Москве, Санкт-Петербурге и других субъектах учрежден институт инвестиционных омбудсменов, о деятельности которых мы уже получили положительные отзывы. Их задачей является поддержка российских и зарубежных предпринимателей. Уполномоченный Президента России по защите прав предпринимателей регулярно представляет доклады о своей работе с целью поддержания постоянного и прямого контакта с главой государства.

Наконец, хотел бы коротко коснуться еще одной темы из области доверия – введении безвизового режима краткосрочных поездок друг к другу граждан России и Германии, и других стран ЕС, относящимся к шенгенскому пространству. О значении этой меры для российско-германских экономических связей даже не хожу говорить. Сказано об этом очень много, в т.ч. Восточным комитетом германской экономики, который даже петиции направлял в германские компетентные инстанции. Воз и ныне там.

Да, возможно вскоре последуют некоторые визовые облегчения, даже, возможно, будут выдавать многолетние, в т.ч. 5-летние многократные визы для бизнесменов. Но до конца это проблемы не решит и такие чувства как огорчение, обида, подозрительность, отнюдь не стимулирующие доверие, даже подкрепит. Ведь мое поколение очень хорошо помнит, как в Западной Европе и особенно в ФРГ еще 20 с небольшим лет назад высмеивали советские власти, требуя выпустить свой народ на волю, за границу, чтобы они свободный мир посмотрели. Народ выпустили – чего же вы его к себе в свободный мир теперь не пускаете?

Перехожу к последней рубрике нашего сегодняшнего разговора про факторы, стимулирующие экономическое сотрудничество, — психология. Иначе говоря — восприятие России в Германии и Германии в России, влияние этого психологического феномена на экономическую деятельность.

Назову три главных, на мой взгляд, фактора, влияющих на образ одной страны в глаза населения другой. Действия самой страны, об образе которой идет речь. Интерпретация ее действий прессой другой страны. Различия в культурной сфере и ментальности людей одной и другой страны.

Попробуем рассмотреть действия этих факторов на конкретном случае, например, с этим злосчастными проверками, офисов НКО в России. Речь шла об обычной проверке на предмет соответствия деятельности соответствующих организаций закону, а отнюдь не об облаве и погромах. То, что эта акция была проведена с некоторыми имиджевыми издержками – скажем «перестарались» — косвенно следует даже из заявления Президента Путина. Но повторяю, по сути никаких нарушений и перегибов, о которых рассуждали некоторые правозащитники в России и Германии и других странах, не было. Кстати сами руководители офисов германских фондов на встрече в российском МИДе, а затем в германском говорили, что все, в общем-то, нормально и не надо поднимать панику.

Германская пресса создала, конечно, неимоверный ажиотаж вокруг этого случая. Я отнюдь ее за это не виню. Она действует мастерски и изготавливает скандалы блестяще и поточным методом. Другого от нее не следует ждать. Так зарабатываются деньги.

Население воспринимает все это за чистую монету. Ибо у него сложился набор клише, не без помощи прессы, по которым оно оценивает происходящее в России. Но и живет оно в целом совершенно в определенных условиях, при определенном уровне развития демократии, создающем определенный образ мышления. Все это резко отличается от того, что имеет место у нас и с точки зрения поведения властных структур, и с точки зрения реакции населения. Население в России в общей его массе данная проверка абсолютно не заинтересовала. О ней даже по ТВ не передавали.

Вот это последнее обстоятельство – различие в культуре, в ментальности, в образе мышления требует особого внимания и учета. Им не следует злоупотреблять. Эти различия следует на первое познавать и стараться нивелировать за счет активизации взаимных поездок, взаимных обменов – гуманитарных, молодежных, деловых и прочих. Безвизовый режим и здесь бы помог.

Речь идет, в частности, и о кризисе на Кипре. Нагнеталась буквально истерия вокруг утверждений о том, что русские олигархи якобы отмывают там свои деньги. Но даже если это действительно так, то какое отношение русские или британские, или прочие олигархи, набивавшие деньгами кипрские банки, имеют отношение к финансовому кризису на Кипре. Ведь его причины совершенно иные.

Некоторые знающие дело честные политики в Германии даже робко высказались по этому поводу. Но потом все замолкло. Почему? Потому что далее была придумана схема разрешения кипрского кризиса путем неслыханной в мире свободного предпринимательства меры – экспроприации доходов вкладчиков. Вот тут-то и пригодилась психология – русские нечестные олигархи. Мол, их экспроприируют, их украденное добро. И мера это исключительная и никогда больше повторяться не будет.

Конечно, вслух никто из серьезных политиков об этом не говорит. Но миф этот уже создан прессой и молвой и пока работает, по крайней мере, здесь в Германии.

Хочу в порядке оптимистического примера отметить, что те из германских предпринимателей, которые отважились и зашли в Россию, уходить оттуда не хотят, даже в трудные периоды. Пример – мировой финансово-экономический кризис 2008-2009 гг. затронувший больно и Россию. Ни один из германских инвесторов не ушел тогда из нашей страны.

Ну а как наоборот? Влияет не экономика, экономическое сотрудничество на политику, климат доверия, психологическую атмосферу? И еще как!

Мы все недавно праздновали 6-летие Восточного комитета и не раз вспоминали о том, что О. фон Амеронген, Б.Байтц, другие выдающиеся капитаны германской экономики своими смелыми, прорывными шагами в «восточной торговле» по сути положили начало последующей восточной политике ФРГ.

А что сейчас? Имеются ли сейчас подобные проявления и подходы? Конечно! Сейчас, думаю, будет правильно, если германский бизнес, нарастив усилия по освоению российского рынка (и наоборот — российские предприниматели в германском направлении), ясно даст понять политическому классу, политической элите, всему обществу, позволит их убедить, что российско-германское стратегическое партнерство безальтернативно, что это не только прочный фундамент для концепции действий на будущее, но и настойчивое веление нашего времени.

Комментарии ()