Официальное сообщение, С.В.Лавров

Уважаемые коллеги,

Рад приветствовать в Москве Вице-канцлера, Министра иностранных дел ФРГ Ф.-В.Штайнмайера, у которого сегодня очень напряженный день.

Состоялись его насыщенные беседы с Президентом Российской Федерации, с Председателем Правительства. В наших переговорах мы сконцентрировались на всем комплексе вопросов, стоящих на повестке дня.

Ситуация в мире далека от того, чтобы мы могли позволить себе благодушную созерцательность. Дефицит глобальной безопасности нарастает. Это ощущается в финансово-экономической, военной, энергетической, эпидемиологической, продовольственной сферах, в области борьбы с терроризмом. Согласны с тем, что ни одна из этих проблем не может быть решена без объединения усилий всех государств.

Особое внимание уделили проблеме, вышедшей сегодня на передний план международной жизни. Это вопросы разоружения, контроля над вооружениями, нераспространения оружия массового уничтожения. Достаточно вспомнить о недавнем ядерном испытании в КНДР, которое по большому счету отбросило всех нас назад в усилиях по укреплению Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), а также снижению напряженности в Северо-Восточной Азии. В самое ближайшее время Совет Безопасности ООН на основе консенсуса отреагирует на эту ситуацию.

Совместно с нашими германскими партнерами мы стараемся активизировать политико-дипломатический процесс по разоруженческой проблематике, который до недавнего времени не уделялось должного внимания. Совместно с Германией нами были сформулированы и переданы участникам ДНЯО конкретные предложения в поддержку многосторонних подходов к ядерному топливному циклу. Будем продвигать эту инициативу и на других площадках, в том числе в МАГАТЭ, в целях формирования новой архитектуры международного сотрудничества в области мирного использования атомной энергии.

В ходе сегодняшних переговоров была подтверждена общая заинтересованность России и Германии в установлении жизнеспособного многостороннего режима контроля над вооружениями, в частности, Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Буквально в эти дни в Берлине проходит инициированная вице-канцлером Германии международная встреча экспертов, посвященная именно данной задаче. Рассчитываем обсудить российские предложения, представленные участникам ДОВСЕ 5 мая с.г.

В наших совместных шагах активно используем идеи, которые нарабатываются в рамках российско-германской рабочей группы по вопросам безопасности. Эта группа, действующая с 2003 года, позволяет расширить рамки совместных усилий России и Германии по формированию конструктивной повестки дня глобальной и европейской политики.

Поддерживаем выдвигаемую ФРГ идею о налаживании сотрудничества, которое обеспечивало бы увязку прогресса на переговорах по сокращению ядерного оружия с прогрессом на переговорах по восстановлению жизнеспособности режима контроля над обычными вооружениями. Частью этого процесса – и здесь Россия и Германия также едины – является необходимость совершенствования системы мер доверия и транспарентности в военной сфере на европейском континенте. Россия убеждена, что это крайне важно. Необходимо устранить существующий дисбаланс. Это касается и проблематики односторонней противоракетной обороны, поскольку повысить безопасность одних стран за счет ущемления безопасности других невозможно и опасно.

Наши германские коллеги, как мы почувствовали, хорошо понимают, что принцип неделимости безопасности должен стать стержневым в международных усилиях по укреплению стратегической стабильности. Мы ощущаем это понимание в готовность Германии конструктивно рассматривать инициативу Президента России Д.А.Медведева о подготовке нового Договора о евроатлантической безопасности. Эту работу мы будем проводить и в ОБСЕ, и в Совете Россия-НАТО, когда он возобновит свою деятельность, и в рамках нашего партнерства с ЕС.

Абсолютно согласны с высказыванием Ф.-В.Штайнмайера о том, что там, где речь идет о совместных угрозах, нужны совместные действия. В этом контексте была обсуждена ситуация в Афганистане. Реальным совместным вкладом в усилия по содействию стабилизации этой страны является российско-германский проект передачи для нужд МВД Афганистана двух вертолетов МИ-8 в медико-эвакуационной комплектации на основе паритетного финансирования Россией и Германией.

Совместные действия международного сообщества в полной мере востребованы и по различным ситуациям в Европе, будь то Косово, Кипр, Приднестровье, Закавказье. Россия заинтересована в том, чтобы последствия развязанной грузинским режимом войны в августе прошлого года преодолевались сообща. Это проявилось, в частности, и в принятии Плана Медведева-Саркози, и в нашей сегодняшней работе в ООН по согласованию договоренностей о присутствии международных наблюдателей в Абхазии. Мы готовы к такой же работе и в ОБСЕ в том, что касается Южной Осетии. Ценим стремление Германии, не затушевывая имеющихся между нами разногласий по существу этой проблемы, тем не менее, руководствоваться не геополитическими, а прагматичными соображениями, ставить во главу угла интересы стабильности, мира в этом регионе и народов, его населяющих.

Не могли обойти стороной энергетическую тему. Она затрагивалась на встрече как с Президентом России, так и с Председателем Правительства. Отмечаем готовность ФРГ предметно рассматривать российские предложения о согласовании новой международно-правовой базы сотрудничества по обеспечению энергобезопасности.

На встречах с Президентом Д.А.Медведевым и Председателем Правительства В.В.Путиным, на наших переговорах большое внимание уделялось двусторонней повестке дня. На первом плане – подготовка к очередному раунду межгосударственных консультаций на высшем уровне, где лидеры обеих стран и главы ключевых министерств и ведомств подведут итоги совместной работы за минувший год и согласуют конкретные задачи на предстоящий период.

Наше общее мнение – как бы тяжелы ни были последствия глобального финансово-экономического кризиса, российско-германское партнерство не будет тормозиться и будет продолжать поступательно продвигаться вперед. Особое внимание уделяется при этом разработке новых совместных проектов в таких сферах, как высокие технологии и инновации. В этом плане особое значение имеет реализуемое партнерство для модернизации, которое востребовано, работает и будет самым энергичным образом продолжено. В этом же направлении идет выдвинутая Ф.-В.Штайнмайером идея учреждения Германского дома науки и инноваций в Москве.

Отмечу последовательное укрепление договорно-правовой базы российско-германского сотрудничества. В ближайшее время будет подписан проект нового соглашения о деятельности культурно-информационных центров, число которых и в России, и в Германии растет.

Сегодняшние переговоры, беседы, встречи подтвердили, что состояние российско-германского стратегического партнерства определяют предсказуемость и надежность. Будем и впредь наращивать его потенциал, повышать его удельный вес в многостороннем диалоге, совместно работать в интересах наших стран и народов на пользу Европе и миру. Еще раз хочу поблагодарить Ф.-В.Штайнмайера за вклад, который он вносит в это взаимодействие.

Вопрос: Каково отношение России к присутствию ООН в Грузии?

Какие у Вас ожидания от предстоящего визита Президента США в Россию? Ожидаются ли какие-либо разоруженческие шаги со стороны США в одностороннем порядке?

С.В.Лавров: Что касается Грузии, я уже упомянул о том, что мы выступаем за продолжение присутствия наблюдателей ООН и в Грузии, и в Абхазии. Разумеется, это можно сделать только на основе новых реалий, сложившихся после того, как вслед за авантюрой, предпринятой г-ном Саакашвили, Южная Осетия и Абхазия стали независимыми государствами.

Как я понимаю, и Абхазия, и Южная Осетия не против того, чтобы на их территории работали международные наблюдатели. Необходимо только руководствоваться прагматическими соображениями, которые во главу угла ставят необходимость стабилизации обстановки, а также интересы проживающих там людей. Если руководствоваться этими соображениями, то можно буквально завтра достичь договоренности в Совбезе ООН о новом мандате ооновской миссии, которая сможет там нормально и эффективно работать по обе стороны границы. Если руководствоваться этими же прагматическими гуманитарными соображениями, интересами укрепления стабильности, то такой же договоренности можно достичь и в ОБСЕ в том, что касается работы наблюдателей этой организации в Южной Осетии.

Если же руководствоваться геополитическими интересами, ставить во главу угла необходимость вновь взывать к территориальной целостности Грузии в ее прежних границах, растоптанных самим г-ном Саакашвили, то, думаю, из этого ничего не выйдет, поскольку это будет очередным виртуальным проектом, оторванным от новой реальности, который не будет принят, прежде всего, ни югоосетинами, ни абхазами и не будет поддержан Россией.

Так что есть все условия для того, чтобы ООН работала в Абхазии, а ОБСЕ – в Южной Осетии. Нужно только не политизировать эту ситуацию, а руководствоваться сложившимися реалиями, причем не по нашему выбору, а по выбору г-на Саакашвили.

Что касается визита Президента Б.Обамы, то буквально ежедневно проходят подготовительные переговоры по самым разным направлениям российско-американского сотрудничества, в том числе и по проблематике стратегических наступательных вооружений. На встрече президентов Д.А.Медведева и Б.Обамы в Лондоне 1 апреля с.г. было принято специальное заявление, в котором они поручили делегациям обеих стран подготовить договор на замену Договора о СНВ-1 с тем, чтобы новый договор был одобрен и подписан до конца этого года.

Что касается встречи президентов России и США в Москве 6-8 июля, на этом саммите делегации должны доложить о прогрессе, достигнутом на переговорах по стратегическим наступательным вооружениям.

Если я правильно услышал Ваш вопрос о возможности односторонних шагов в этой области, то отвечу, что односторонних шагов не ожидается ни со стороны России, ни со стороны США. Надеюсь, что такой отказ от односторонности будет распространяться и на сферу стратегических оборонительных систем, имею в виду противоракетную оборону.

В Лондоне, когда президенты двух стран договаривались о том, как дальше вести дела, в их заявлении была подчеркнута готовность и заинтересованность обоих государств вести диалог и по СНВ, и по противоракетной обороне с тем, чтобы выйти на общие понимание и договоренности, которые включали бы и Европу. Одновременно было подчеркнуто, что президенты поручают правительствам двух стран рассмотреть взаимосвязь между стратегическими наступательными и оборонительными вооружениями. Это пакетные договоренности, и эта философия отражает интересы поддержания стратегической стабильности, недопущения нарушения паритета в этой важнейшей для судеб мира сфере. Будем руководствоваться этими соображениями, будем строго выполнять поручения двух президентов. Односторонности в этой сфере не предвидится.

Вопрос: Почему политика России все больше ориентируется на Восток? Как Германия реагирует на это?

С.В.Лавров: Своеобразный способ прояснения ситуации…Вы уже сделали для себя вывод и спрашиваете, почему это так. Россия не занимает никаких позиций, которые смещают вектор в ту или иную сторону в ущерб другому вектору. Мы живем в стране, которая по своему географическому положению, данному нам Богом, нашими предшественниками, всей историей просто обязана взаимодействовать и с Востоком, и с Западом, и с Югом, не будем забывать и об этом направлении. За последние годы у нас налажена очень интенсивная, разветвленная сеть партнерских взаимоотношений и с ЕС, и с ШОС, и с интеграционными группировками в Азиатско-Тихоокеанском регионе, и со странами Ближнего Востока, и с НАТО в рамках Совета Россия-НАТО, и с США, и с ведущими и не только ведущими европейскими столицами, равно как и со столицами по другую сторону наших границ.

Не видим развития нашей страны, нашей внешней политики в каком-то одном направлении за счет игнорирования или снижения внимания к другим направлениям. Эта многовекторность, как она сформулирована в Концепции внешней политики Российской Федерации, остается ключевым принципом нашей деятельности на международной арене вот уже почти 10 лет. От этих принципов российское руководство не отступает.

Комментарии ()